Рассказ опубликован в журнале "Невероятный мир", № 71, 1998, с. 24-29

Ты обладаешь тем, чем не обладает ни один
человек: способностью жить под водой…

А. Беляев. Человек-амфибия

    В школьные годы я страстно увлекался приключенческой литературой. И вот однажды мне в руки попала потрепанная, зачитанная до дыр книжка, на обложке которой был нарисован плывущий среди волн человек с перепончатыми лапами. Это был роман Александра Беляева «Человек-амфибия» - о юноше Ихтиандре с жабрами акулы. Читал я его жадно, везде, где удавалось выкроить свободную минутку. В тот теплый осенний день после уроков я сломя голову помчался домой через сквер, чтобы вновь уединиться с книжкой. Погода была солнечной, скамейки пустыми. «Зачем зря тратить время?» - мелькнуло в голове. Я сел на одну из них и погрузился в чтение…
    «Ихтиандр! – прочитал я последние строки. – Сын мой… Но море хранило свою тайну…» Я закрыл книгу и задумался: «Куда же уплыл Ихтиандр? Что стало с ним дальше?» И вдруг услышал голос: «Молодой человек, понравилась книга?»
    Рядом сидел грузный пожилой мужчина с окладистой седой бородой, в темный очках, а в руках у него была трость с необычным набалдашником в виде дельфина. Мне было одиннадцать, и так по-взрослому ко мне еще никто не обращался, потому я с достоинством «взрослого мужчины» ответил: «Да, конечно, вот только жаль – нет продолжения». «Действительно, оно не написано, - ответил собеседник, - но я его слышал от самого Александра Романовича, когда гостил у него в Ленинграде. Кажется, это было в апреле 1929 года». Я стал упрашивать своего нового знакомого рассказать продолжение романа. «Ну что ж, расскажу, правда, прошло много времени, и я помню уже далеко не все. Прочти вслух окончание романа», - попросил мужчина.
    Я открыл книгу и с выражением стал читать:
    «- Спасибо, Олсен! – сказал юноша, крепко сжимая мокрой рукой руку великана.
    Ихтиандр дышал часто, как в припадке астмы.
    - Не за что. Прощай! Будь осторожен, чтобы опять не попасть в неволю…
    - Я поплыву далеко-далеко, к тихим коралловым островам, куда не приходит ни один корабль. Спасибо, Олсен! – И юноша побежал к морю. Уже у самых волн он вдруг обернулся и крикнул:
    - Олсен, Олсен! Если вы увидите когда-нибудь Гуттиэре, передайте ей мой привет и скажите, что я всегда буду помнить ее!
    Юноша бросился в море и крикнул:
    - Прощай, Гуттиэре! – и погрузился в воду.
    - Прощай, Ихтиандр!.. – тихо ответила Гуттиэре, стоявшая за камнями».
    Мужчина остановил меня, положив руку мне на плечо и сказал: «А теперь слушай».
    «Оказавшись в родной стихии, юноша поспешил к своему дому, как советовал Сальватор. Он пробрался через тоннель в лаборатории отца. Там его ждал верный слуга Джим. Они обнялись. Юноша нашел все необходимые навигационные инструменты и компактно упаковал их в специальный контейнер. Затем надел свой костюм, вложил в ножны нож и ушел в море. Теперь нужно было как можно быстрее разыскать верного друга – дельфина Лидинга . Ихтиандр закричал, и подводный брат тотчас явился на его зов. Юноша закрепил на Лидинге поклажу, и дельфин стал напоминать навьюченную лошадь. Затем они тронулись в путь.
    Во время плавания они несколько раз всплывали на поверхность моря, и Ихтиандр с помощью приборов уточнял направление движения. Путь им предстоял длинный и тяжелый. Сальватор советовал Ихтиандру плыть из Ла-Платского залива, огибая мыс Горн, к далеким островам. Температура воды на этом пути понижалась постепенно, и человеку-амфибии было легче привыкнуть к холоду. Заботиться о запасе еды было не было нужды – она всегда была под рукой, а морскую воду он привык пить с детства без вреда для здоровья.
    Конечной целью его путешествия был один из островов Туамоту, на котором по словам Сальватора, должна выситься мачта, а на ней в виде флюгера – большая рыба. Там жил с семьей друг Сальватора – знаменитый французский океанолог Арман Вильбуа, который должен был принять как родного первого жителя планеты Океан.
    Все это ему поведал Сальватор при последней встрече перед побегом из тюрьмы. Он обещал: «Среди этих людей ты найдешь тихую пристань и будешь счастлив».
    Теперь у Ихтиандра была ясная цель, и он шел к ней, стараясь не думать о прошлом. Однако образ Гуттиэре всегда был с ним, чтобы он не делал. Эта девушка поселилась в его сознании навсегда.
    Прямо под плывущими на дне лежали рядом два затонувших судна. Вероятно, одно попало сюда совсем недавно. Даже краска с его металлического корпуса еще не успела облупиться. В правом борту зияла огромная брешь – след удара о риф, который покончил с ним навечно. Другой титан нашел здесь свой последний приют очень давно. Его капитанский мостик, иллюминаторы, мачты и канаты обросли кораллами и тем самым превратили великана в настоящее каменное изваяние, сросшееся с рифом. С накренившейся палубы свисали бурые и зеленые водоросли, словно длинные хвосты бумажных змеев. На надстройках и высоких мачтах, увенчанных коралловыми узорами, кипела жизнь.
    Неисчислимым множеством нежных цветов росли кораллы, чашечки которых колыхались так плавно, словно их касался легкий подводный бриз. Повсюду в прелестнейшем беспорядке были разбросаны анемоны и лилии – эти великолепные по красоте хищные цветы-животные. Не затонувшее судно, а немыслимые джунгли! Тысячи двустворчатых моллюсков открывали и закрывали свои перламутровые рты-раковины. Стада креветок сновали туда сюда по каким-то своим делам на ножках-костылях. Несколько выше над всем этим дивом в хрустально-прозрачной воде плавали рыбы. Словно огромные бабочки, они порхали над каменными цветами.
    Неожиданно в ущелье скользнула голубая акула. В ее холодном взгляде светилась лишь беспощадная ненасытная прожорливость.
    Все живое тут же замерло, лишь рыбы-лоцманы, словно матерые морские волки в тельняшках, невозмутимо держались у оскаленной морды «тигра моря».
    Сделав сложный пируэт, акула стремительно понеслась в сторону Лидинга. Обремененный поклажей дельфин, однако, проворно отвернул в зияющее брюхо корабля. Но тут-то он и попался, намертво застряв, как в мышеловке, в одном из узких проходов металлического подводного монстра. Акула рванулась за Лидингом во мрак трюма, Ихтиандр устремился за ней. Дельфин, чувствуя свою полную беспомощность и близкую кончину, отчаянно застрекотал. Однако, прежде чем мощные челюсти зубастой хищницы сомкнулись на теле несчастного, акула вдруг на какое-то мгновенье зависла в окрасившейся кровью воде и стала медленно опускаться вниз. Сопровождающие ее рыбы-лоцманы тут же бросились врассыпную, оставив свою защитницу и кормилицу на волю провидения.
    Что же произошло? Ихтиандру удалось через пробоину в борту судна выйти неперерез акуле и рассечь своим острым ножом брюхо бестии по всей длине – от головы до хвоста. Когда он подплыл к своему другу, тот благодарно похрюкивал. Юноша освободил Лидинга из западни, и дельфин, быстро работая плавниками, выскочил наверх. Сделав несколько невероятно высоких прыжков, он вновь вернулся к человеку.
    Ихтиандр укрепил поклажу на Лидинге иначе. Теперь он буксировал контейнер за собой на коротком поводке и при необходимости мог легко сбросить ее.
    Человек-рыба и дельфин строго придерживались намеченного курса. Океан потемнел и вспенился. Ихтиандр почувствовал приближение бури. Он поднялся на поверхность. Длинные плавные волны, которые уже несколько дней спокойно катились с запада, вдруг зашумели, заволновались. Вскоре небо заволокло тучами, а волны стали еще яростнее.
    Сгустились сумерки. Наверху все грохотало и стонало. Волны с бурлящими, как крутой кипяток гребнями, словно бешенные, бились о рифы. Под водой тоже чувствовалось влияние бури, но тут было значительно спокойнее. Чуть сильнее, чем прежде, качались из стороны в сторону водоросли, со дна поднялась взвесь, рыбы спрятались в расщелинах скал.
    Внезапно человек и его спутник услышали под водой характерный стук пароходного винта. Путешественники вновь поднялись на поверхность, и взорам их предстала ужасная картина кораблекрушения.
    Небольшое судно, словно щепку, швыряло среди разбушевавшихся водяных гор. Оно, беспомощно вращая винтами, стремительно проваливалось в черные зияющие пасти волн. Еще мгновение – и судно с гулким скрежетом напоролось на риф. На его борту сразу погас свет, а в образовавшуюся от сокрушительного удара пробоину хлынул водопад.
    В небе повсюду сверкали молнии, и при их свете Ихтиандр разглядел, что моряки успели сесть в шлюпку и отвалить от обреченной посудины. Людей охватила паника: шлюпка – отнюдь не надежное средство спасения в бушующем море.
    Лидинг вдруг тревожно застрекотал, и Ихтиандр понял: приближается какая-то опасность. Но какая? И тут он увидел, как к лодке движется гигантский кальмар-архитейтес. В длину он был не меньше 15 метров! Кто-то из несчастных, сидящих в шлюпке, увидел этого страшного демона моря и дико закричал. Его полный ужаса вопль на мгновенье даже перекрыл грохот бури.
    Обреченные что есть силы налегли на весла, пытаясь оторваться от монстра, и в какой-то миг, казалось, им это удалось. Но нет. Следующая волна обнажила огромную спину чудовища и его выпуклые, огромные, как суповые тарелки, светящиеся красным светом глаза, перед которыми, словно толстые тела удавов, извивались щупальца. Одно из них схватило человека и уволокло под воду.
    Что делать? Ихтиандр лихорадочно думал, как помочь попавшим в беду людям. Его длинный острый нож был бы не более полезен, чем лук против носорога. И тут его осенило…
    В контейнере у Лидинга находилось действительно мощное оружие, сконструированное Сальватором и способное победить этого монстра. Это был специальный шприц с сильным парализующим ядом, который крепился на рострум дельфина. Ихтиандр быстро достал оружие, надел его на Лидинга и указал на кальмара. Дельфин, повинуясь человеку, молнией кинулся на хищника и нанес удар. Затем, отскочив, проделал это еще несколько раз. Кальмар почти сразу обмяк и стал погружаться в пучину. Он был повержен и безопасен.
    Люди в шлюпке неистово молились Богу. Им было невдомек, что спас их вовсе не Всевышний, а человек, именуемый «морским дьяволом».
    На другой день буря стихла. Тучи развеялись, и засияло солнце. Рыбы выплыли из своих укрытий и сразу набросились друг на друга.
    На дне килем вверх покоилось утонувшее накануне судно. Ихтиандр пробрался в его трюм, нашел там вымокшие галеты и подкрепился ими. Лидинг же отыскал рядом крупного осьминога и полакомился им.
    Прошло еще несколько суток, и уставшие путешественники увидели наконец группу возвышающихся среди океана островов. Оставалось лишь отыскать тот, о котором говорил Сальватор.
    Ихтиандр поднялся на поверхность и уточнил свое местонахождение по приборам. Ошибки не было – это были те координаты, которые сообщил отец.
    «Наконец-то добрались», - прошептал человек-рыба. От радости он опустился на дно и растянулся на песке, рядом с ним шнырял дельфин. Ихтиандр не заметил, как недалеко от него большой скат-хвостокол прижал ко дну камбалу. Человек перевернулся и случайно тронул коварную рыбу. Скат, обороняясь, полоснул его своим острым ядовитым «стилетом», торчащим из хвоста.
    Токсин подействовал быстро, но юноша успел крикнуть: «Лидинг, на помощь!» Тут же откуда-то из дымки показался дельфин, подтолкнул его носом к поверхности и понес к близлежащему острову. Лидинг вытолкнул неподвижного Ихтиандра на песчаную отмель, но что делать дальше, не знал. Он понял, что его друг в опасности и нуждается в помощи, но где ее искать?
    Неожиданно в мозгу дельфина всплыло потускневшее воспоминание: когда он был изранен акулой, его спасли рыбаки. Значит, надо искать людей! Он стал стремительно огибать остров и внезапно увидел лодку. В ней сидел юноша и девушка. Это были брат и сестра Вильбуа. Юноша работал веслами, а его спутница на корме болтала голыми ногами в воде. Лидинг бросился к лодке. Изящно выполнив несколько акробатических прыжков в воздухе, он осторожно подплыл к ногам девушки и нежно обхватил одну из ступней зубами. От неожиданности она вскрикнула, но быстро успокоилась.
    - Смотри, Жак, какой симпатичный дельфин… Кажется ему что-то нужно от нас.
    Лидинг сделал все, на что был способен: он встал на хвост и, скользя на нем, стал звать молодых людей за собой. При этом он стрекотал во весь голос.
    Жак навалился на весла, и вскоре сидевшие в лодке увидели Ихтиандра, распростертого на берегу. Они осмотрели странно одетого человека, перенесли его в лодку и немедленно поплыли к дому. Все это время человек-амфибия находился словно в наркотическом сне, но когда они приблизились к острову, на котором возвышалась мачта с большой рыбой в виде флюгера, сознание его на миг прояснилось, и он понял, что попал к друзьям. Когда он очнулся, у кровати стоял высокий седой мужчина.
    - Меня зовут Арман Вильбуа, я – хозяин этого дома. Здесь вы в полной безопасности. Как вы себя чувствуете?
    Ихтиандр с трудом выдавил улыбку:
    - Хорошо, но очень сильная слабость.
    - Так и должно быть, - сказал Вильбуа. – Яд хвостокола очень опасен и вызывает нарушения сердечной деятельности. Так что вам еще повезло – все могло закончиться весьма плачевно. Но скоро вы будете как новенький.
    Для скорейшего выздоровления юноши было сделано все возможное. У кровати была оборудована даже специальная система, через которую при необходимости Ихтиандр мог дышать водой. Жанна постоянно дежурила около него.
    Вскоре, надевая свои плавники, он вместе с Лидингом и девушкой, которая всегда сопровождала его, мог уже совершать непродолжительные прогулки в тихой бухточке острова. Молодые люди очень привязались друг к другу, между ними возникла настоящая дружба.
    И вот настал день, когда Ихтиандр по-настоящему окреп и стал помогать Арману Вильбуа в его научной работе, которая была интересной и нравилась юноше. Однако он надолго уходил в море, а девушка остро переживала эту разлуку.
    Наконец на остров прибыл Сальватор. Жанна упросила хирурга как-то помочь ей быть вместе с любимым человеком. И случай такой представился: трагически погиб брат Жанны. Жак разбился, случайно сорвавшись со скалы, и спасти его было невозможно. Однако его легкие годились для пересадки Ихтиандру. С разрешения Армана Вильбуа профессор блестяще провел трансплантацию.
    Минуто пять лет. Жанна вышла замуж за Ихтиандра, и у них появились дети – мальчик и девочка. Они очень любили своих родителей, остров, на котором жили, старого Лидинга и, конечно же, огромное синее море. Это были самые обыкновенные, но по-своему неповторимые дети, домом для которых, как и для всех нас, была земля.
    Вот, пожалуй, и вся история. Ну, мне пора».
    Рассказчик медленно поднялся со скамейки, с трудом разогнув больные колени, и зашагал по аллее, опираясь на трость.
    Я смотрел ему вслед, и мне казалось, что он чего-то не досказал. И действительно, сделав несколько шагов, мужчина обернулся и сказал:
    - Вообще-то, молодой человек, я немного слукавил. Александр Романович предполагал закончить вторую часть романа иначе. Он хотел пересадить акулы девушке, а это, по замыслу фантаста, должно было дать начало новому роду людей-амфибий, - полновластных владык океана.
    Но мне кажется, это было бы жестоким по отношению к молодым людям. Ведь в Ихтиандре из-за жадности и жестокости многие видели лишь средство к обогащению. Где гарантия, что это не повторилось бы вновь? Профессор Сальватор на это больше никогда бы не пошел, – уверенно заявил незнакомец.
    Он повернулся и медленно пошел, шелестя опавшей листвой. Некоторое время я сидел, словно загипнотизированный. В моей голове путались мысли, и вдруг меня словно озарило. Не знаю почему, мне показалось, что со мной говорил сам Сальватор.